Друзья, вы можете стать героями нашего портала. Если у вас есть коллекция, расскажите нам.

Добавить статью
Главная Клуб Темы Клуба
Исторические Факты

Единственному в России железнодорожному музею, который сохраняет историю узкоколеек, в этом году исполняется 20 лет.


  Он расположился в лесах под Переславлем и за 2 десятилетия его сотрудники смогли создать атмосферу, в которой чувствуется связь старинной техники и природы. Каждый год здесь появляются новые, порой, уникальные экспонаты. К своему юбилею здесь решили подготовить очередной сюрприз.

Узкоколейные дороги – это целый мир с богатой двухвековой историей. Во многих странах они - предмет гордости и объект увлечения многих коллекционеров. Когда переславцы затевали свой проект, они мечтали создать особую атмосферу, в которой туристы будут не просто сторонними наблюдателями, но и активными участниками.

Со временем у сотрудников музея появилось желание разнообразить коллекцию и добавить к паровозам машины. Теперь здесь есть гараж, в котором собрана техника, выпускаемая до 50-х годов XX века. Но останавливаться на достигнутом не в правилах Переславского музея. Поэтому приготовили еще один сюрприз.

Пригласили профессионала и энтузиаста, который разбил по соседству целую плантацию. Каждая рассада выращена им собственноручно. Это для того, чтобы экзотические для этих мест растения лучше прижились. Несколько сотен тысяч саженцев цветов, деревьев, кустарников станут основой для будущего ботанического сада. И все же, всеобщими любимцами здесь остаются по-прежнему паровозы. Вот этот красавец прибыл из Ленинакана 20 лет назад. Именно столько времени потребовалось, чтобы восстановить не только его внешний облик, но и рабочее состояние.

Рядом с ним еще одно направление музея – станки. Эти - едва успели спасти от охотников за ломом. Американское и немецкое оборудование известных брэндов когда-то служило верой и правдой на заводах и фабриках советского союза, а вскоре займет достойное место в качестве экспонатов. Туристы, попадая сюда, сначала немного теряются: этот музей не похож на те, что им приходилось раньше. А, немного осмотревшись, не хотят уходить.

В августе на территории музея планируют устроить праздник, в честь маленького, но юбилея. Обещают: будет интересно.

Видео.
Вести.

К слову....


Если будущее хотя бы иногда можно предугадать, то историю время от времени так интерпретируют, что она становится совершенно непредсказуемой и полной сюрпризов. Когда Том Алтбергс понял это, то навсегда заболел ею, выбрав свое направление - историю Латвийской железной дороги.

Виртуальный директор

   Еще в детстве мне захотелось связать свою жизнь с железной дорогой — все благодаря бабушке. К поездам у нее было особое отношение. Еще в тридцатые годы прошлого века бабушка много путешествовала - бывала в Париже, училась в Швейцарии. Полная воспоминаний, она часто водила меня гулять на одну из станций неподалеку от дома, где в вагоны перегружали торф, который подвозили по узкоколейке.

Это был какой-то особый мир, живущий по своим собственным законам. Мне он казался очень романтичным, загадочным и бесконечно манил, хотя, признаюсь, я долго пугался паровозов с их черным дымом и тревожными гудками. Разве мог я тогда предположить, что много позже сам возьму в руки лопату и стану забрасывать уголь в топку! Удовольствие еще то: на улице плюс тридцать, внутри плюс пятьдесят. Это случилось на стажировке в Голландии, которую я проходил в рамках европейского проекта по наследству навыков паровозного дела.

Я учился на инженера электросвязи, но когда с предприятий начали поступать заявки на молодых специалистов и я услышал, что есть место на железной дороге, то даже не потребовал «огласить весь список» - это было то, о чем я мечтал.

Пару лет я отработал по специальности, потом стал инструктором на детской железной дороге в Межапарке, постепенно укрепляясь в мысли, что Латвии необходим железнодорожный музей. Было самое начало девяностых, уже вовсю чувствовалось приближение новой эпохи, и очень хотелось, чтобы раритеты уходящего времени не исчезли бесследно.

Руководство моим доводам вняло, музей был создан - правда, на бумаге, — я стал его директором, не имея ни экспонатов, ни подчиненных. К счастью, у меня нашлись единомышленники, и мы, как кладоискатели, отправились на поиски интересного.

Опасная работа

Каждая поездка обещала приключение: никто не знал, что мы отыщем на этот раз на какой-нибудь заброшенной узкоколейке, в отдаленных пристанционных уголках, возле ведомственных дорог для доставки грузов на предприятия (а только в Латвии их было триста километров).

Находились и «антикварные» дрезины, и немецкие паровозы, собранные специально для «блицкрига» — молниеносных действий во время второй мировой. Наша особая гордость - военно-полевой паровоз, тоже немецкий: для него практически на любой местности прокладывались рельсы - 20 км полотна в сутки, и он возил солдат и технику. А как этот паровоз сконструирован! Все компактно, все продумано для удобства машиниста - горжусь им так, будто сам собирал. Правда, когда мы снимали паровоз с постамента в поселке, где он долгие годы ржавел, нас чуть не поколотила метлой местная уборщица - наша работа небезопасна.

И вагон для заключенных нашелся - таким ни один музей бывшего Союза похвастаться не может. Даже не понимаю, как все это богатство смогло уцелеть в то время, когда армии начинающих «предпринимателей» охотились за металлоломом.

С миру по нитке

А как интересно было в путейных казармах, где жили целые поколения путевых обходчиков! Мы напрашивались в гости к этим людям и объясняли, что ищем древние дорожные чемоданы, символику железной дороги, билеты и тому подобное. Сначала человек с трудом припоминал, что его двоюродный прадедушка действительно был начальником вокзала, потом начинал связывать в голове обрывки семейных преданий и, наконец, выкладывал нам всю свою жизнь - бывало, засиживались, чаевничая, часами.

Нам удалось раздобыть даже форменную одежду времен буржуазной Латвии, хотя хранить такие вещи было так же опасно, как знамена. Но особо радостно было, когда удавалось получить открытки с изображениями мостов, станций, поездов царских времен, правда, их приходилось в основном выкупать у коллекционеров, зато практически всем приобретениям более века. Они самое правдивое историческое свидетельство. Люди с годами одно забывают, другое приукрашивают, а фотография, хоть и подретушированная, никогда не врет.

На свободных хлебах

Так постепенно собиралась коллекция, однако места для нее не было: Межапарк не разрешал использовать свою территорию. И тут я вспомнил о старом депо в Задвинье, где находился отдел рабочего снабжения железной дороги, к тому времени практически развалившийся. Просторное здание с высокими потолками идеально подходило для музея, а главное, к нему были подъездные пути: когда-то там даже «трудились» два паровоза, подавая тепло на мыловаренный комбинат.

Уж не хочется и говорить, сколько мне пришлось порогов обить, сколько бумаг написать, пока не было получено разрешение. Но этим все не кончилось - эту же территорию облюбовали какие-то «братки», пришлось побороться с ними не на шутку - и наша взяла!

Однако я стал понимать, что в этих схватках и организационных «утрусках» у меня почти не остается времени на исследования и дальнейшие поиски, а без этого я своей жизни уже не мыслил. И я уволился. Тем более что стал хозяином нескольких домов, которые когда-то принадлежали моим предкам, их надо было приводить в порядок, да и маленькие дочки Агнесе и Анете требовали внимания, а моя жена Анда такой же фанатичный трудоголик, как и я.

Я вновь стал свободным, опять начал ходить в «разведки» и готовить к изданию книги - материала-то накопилось много. Да и гены покоя не давали, ведь один мой прадед был книгоиздателем, другой торговал книгами - прямо на соседней от музея улице. Горжусь тем, что на сегодня вышла уже пятая моя книга.

Кузница кадров

Правда, когда через несколько лет новый директор музея Иева Петерсоне снова позвала меня на работу, я с радостью принял предложение. Теперь я старший организатор выставок Латвийского музея истории железной дороги. Особенно люблю проводить экскурсии для детей. Мне вообще удается ладить с ними - опять-таки сказывается наследственность: моя прабабушка была директором частной школы, дедушка преподавал там, да и отец кандидат педагогических наук. Мне нравится, когда детям интересно слушать и узнавать о разных поворотах истории, но больше всего я надеюсь, что, побывав у нас, они тоже захотят стать железнодорожниками, ведь каждая профессия становится творческой, если ее выбирать по призванию.

Есть у меня и еще одно дело для души - узкоколейка между Гулбене и Алуксне протяженностью тридцать три километра, я один из ее совладельцев. Она действует уже восьмой год, хотя ясно, что такой проект не может быть рентабельным, число жителей в этих городках уменьшается с каждым месяцем.

Нам важно сохранить это уникальную достопримечательность. Жаль, что власти Гулбене проявляют к ней мало интереса, а ведь эта дорога могла бы стать настоящей приманкой для туристов - в мире подобного мало. Но я не собираюсь опускать руки - сил во мне много, и хочется направить их на пользу людям.

VIP-клуб «Люблю!»
Ольга Зубарева


Источник | | Автор: Гос. интернет-канал "Россия"
| Категория: Исторические Факты
| Теги: музей, паровоз, коллекционер 27.06.10 Просмотров: 1865 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы:



Книги для коллекционеров:




Всего комментариев: 0
avatar