Друзья, вы можете стать героями нашего портала. Если у вас есть коллекция, расскажите нам.

Добавить статью
Главная Клуб Темы Клуба
Музейные раритеты

Коллекционеры готовы показать свои собрания публике — в собственных или провинциальных музеях


«В 2011 году нам осталось выпустить около 30 книг. С завершением издательского проекта фонд закончит свое существование», — рассказывает  основатель и президент фонда содействия сохранению культурного наследия «Русский авангард», экс-сенатор Сергей Гордеев. 

Стала ясна и судьба собранной за четыре года существования «Русского авангарда» коллекции архитектурной графики и архивных документов многих знаменитых авторов довоенного периода — таких как Иван Жолтовский, братья Веснины, Яков Чернихов, уникальные эскизы проекта «Город Солнца» Ивана Леонидова. Собрание, насчитывающее более 3 тысяч единиц хранения (его стоимость, по оценкам владельцев, около $3 млн), передано в дар Государственному музею архитектуры им. Щусева. «Этот музей единственный в России собирает графику архитекторов и чертежи», — объясняет свой выбор Гордеев. Передавая коллекцию, фонд не требовал от музея никаких обязательств по экспонированию и изданию каталога. Однако директор МУАР Ирина Коробьина говорит, что работы покажут, возможно, уже в октябре: «Прием и оформление дара закончатся не раньше мая. Чтобы выставка получилась интересной, потребуется время». В постоянную экспозицию, которую музей планирует создать после реконструкции, также наверняка будут включены вещи из этого собрания, предполагает она.

«О коллекции станут заботиться на государственном уровне. Она будет находиться под присмотром специалистов. Ее сохранят для истории», — глава фонда Stella Art Foundation Стелла Кесаева объясняет причины, по которым коллекционеры дарят музеям свои собрания. Тем временем дар Гордеева — скорее исключение. Одни собиратели думают об открытии собственного музея. Другие — ищут подходящие, но не в столице, где запасники государственных собраний и так переполнены, а в провинции.

Музей в придачу

Среди преимуществ передачи собрания — возможность сохранить ее целостность. «Поделиться произведениями искусства с широкой публикой и продемонстрировать свои достижения — естественное желание коллекционера», — отмечает Мэттью Баун, владелец берлинской галереи современного искусства Matthew Bown Gallery.

В коллекции русского искусства конца XIX — начала ХХ века, принадлежащей президенту Альфа-банка Петру Авену, есть работы художников объединения «Бубновый валет», авангардистов Михаила Ларионова и Наталии Гончаровой и многие другие. Он никогда не рассматривал вопрос о передаче своего собрания государству. «Мне интереснее создать что-то вроде нью-йоркских The Frick Collection или Neue Galerie; они лучше отражают дух эпохи и личность коллекционера», — отмечает Авен. Для любителей живописи такой музей — единственная возможность увидеть произведения художников первого ряда из личных коллекций.

«Государство — неэффективный собственник», — говорит обладатель крупнейшего частного собрания Фаберже Александр Иванов. В 2009 году Иванов открыл в немецком Баден-Бадене музей, в котором представлено более 700 работ из его коллекции, в том числе знаменитое «Ротшильдовское» пасхальное яйцо (куплено в 2007 году на аукционе Christie's за $18,5 млн). «Мой музей приносит небольшую прибыль, я на него ничего не трачу», — отмечает Иванов.

Два года назад фонд Стеллы Кесаевой приступил к переговорам c Министерством культуры о создании нового музея, построенного на частно-государственном партнерстве. «Его основу могли бы составить коллекции современного искусства из других государственных музеев, например, та, которую сформировал бывший заведующий отделом новейших течений Третьяковской галереи Андрей Ерофеев. Собрание Stella Art Foundation стало бы небольшой его частью», — объясняет она. Однако форма взаимодействия фонда c государством по этому вопросу так и не была выработана.

Закон для единиц

Изменить ситуацию с поступлениями в музеи могли бы налоговые льготы для дарителей, считают некоторые коллекционеры. «Закон о меценатстве дал бы только положительный результат, — уверена коллекционер Ивета Манашерова. — Налоговые льготы могут поспособствовать пополнению фондов, как это произошло в Великобритании, США и других странах».

Открытие новых музеев, увеличение выставочных пространств, потребность в новых экспонатах — все это неизбежно приведет к пересмотру текущих норм, уверена Манашерова. «Я никогда не рассматривал коллекционирование как инвестицию, но в принципе такое законодательство нужно», — соглашается Петр Авен.

«Вся американская система провинциальных музеев зиждется на притоке коллекций, начавшемся в 1960-1970-х годах», — напоминает заведующий отделом новейших течений Государственного Русского музея в Петербурге Александр Боровский. Этот приток продолжается по сей день, в том числе благодаря гибкой системе вычетов из облагающихся налогами доходов дарителей. «Достоинства есть и у системы лизинга, при которой хозяин формально уже передал работу или коллекцию, но имеет возможность держать ее у себя дома», — добавляет Боровский.

В острой необходимости принятия поправок в российский Налоговый кодекс сомневается Александр Иванов: «В США этим пользуются в основном крупные бизнесмены и большие корпорации, для которых возможность списания налогов важна. В России это вряд ли будет эффективно — серьезные деньги в искусство у нас по-прежнему вкладывают единицы».

Прочь из Москвы

В прошлом году владелец нью-йоркской галереи «Ариадна» Торком Демирджян подарил Эрмитажу коллекцию памятников древнего государства Урарту, рассказывает заведующий Сектором новых поступлений Виктор Файбисович. Но по его словам, передача целой коллекции — редкое явление. Появились проблемы с фондами со­временного искусства, добавляет Александр Боровский: «В 1990-х годах художники-шестидесятники хотели быть представлены в национальном музее и охотно передавали свои произведения. Но потом, когда стоимость их работ резко выросла, поступления прекратились».

«Передать свою коллекцию в Эрмитаж или ГМИИ им. Пушкина — очень престижно, но сейчас в России существуют два-три собрания, достойные этих площадок», — говорит Стелла Кесаева. Центральные музеи, в свою очередь, не спешат идти навстречу дарителям. Иногда это оправданно — принимать в фонд большое количество работ ради нескольких ценных не имеет смысла. Музеям не хватает выставочных площадей. «Им негде показывать работы из собственных запасников», — объясняет Петр Авен. В то время как каждый даритель хочет бережного и заинтересованного отношения к своей коллекции.

Однако нередко такая избирательность только вредит. «У наших музеев было сколько угодно упущенных возможностей получить лучшие собрания страны, когда дело касалось элементарного человеческого участия: по­здравительной открытки, упоминания в списке благодарностей, просто телефонного разговора», — рассказывает председатель Московского клуба коллекционеров изобразительного искусства, галерист Ильдар Галеев.

Известный московский коллекционер Валерий Дудаков несколько лет назад выразил готовность отдать лучшие вещи из своего собрания в Музей личных коллекций. В том числе несколько шедевров представителей художественного объединения «Голубая роза», символистов Сергея Судейкина, Мартироса Сарьяна, Петра Уткина. Передача в государственный музей, по словам коллекционера, единственная возможность сохранить ценнейшую часть собрания в целостности. «Конечно, лучше, чтобы работы остались в Москве, однако должного интереса я не вижу», — отмечает Дудаков. Он также рассматривает возможность передачи коллекции в один из провинциальных музеев.

О том, что дарителям стоит смотреть за пределы Москвы и Петербурга, говорит и Александр Иванов: «Отдавать имеет смысл в провинциальные музеи. Их фонды невелики, а интерес со стороны посетителей — огромен». Так, выставку работ Фаберже из собрания Иванова, прошедшую в Костроме весной 2010 года, посетили около 40 тысяч человек.

При участии Марии Фадеевой

Льготы под вопросом

Дмитрий Костальгин, партнер юридической компании Taxadvisor:

Текущая норма российского законодательства допускает вычеты из налогов на доходы физических лиц при осуществлении благотворительности. В ней действуют два ограничения. Вычет не может быть больше 25 процентов от суммы дохода за год. Кроме этого, учитывается только денежная помощь благотворителя. В случае коллекционеров и музеев речь идет о передаче произведений искусства, поэтому для таких случаев норма неприменима.

Возможно, российское законодательство ограничивает помощь только деньгами потому, что иначе возникнет много сложностей с оценкой размера вычета при передаче имущества. Вы потратили на благотворительность 250 тысяч рублей, и здесь все ясно. Но если передаете картину, то что же следует вычитать из дохода — цену, за которую она была куплена? Или рыночную стоимость? В аналогичных ситуациях обычно используются документально подтвержденные затраты на приобретение имущества. Если брать рыночную оценку, то, с одной стороны, такой подход более либерален, поскольку предметы искусства растут в цене. С другой — на каждую передачу необходимо будет оформлять отчет оценщика. Вряд ли законодатель пойдет на такой шаг — здесь возможны существенные злоупотребления.

Пятница



Источник | | Автор: Анна Арутюнова, Валерий Золотухин
| Категория: Музейные раритеты
| Теги: музей, искусство, коллекционер, коллекция 14.01.11 Просмотров: 5087 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы:



Книги для коллекционеров:




Всего комментариев: 0
avatar